23:00 

фанфик "Клуб по интересам"

Влада Дрейк
Название: Клуб по интересам
Автор: Мирэль
Рейтинг: PG-13
Жанр: беспросветный ангст
Предупреждение: смерть персонажа
Размер: мини
Аннотация: У каждого свое хобби – кто-то подбирает брошенных котят, кто-то – бойцов. Но что с ними делать потом?
От автора: Это что-то вроде ответа на фанфик «А тебя, любимый, все нет и нет» с попыткой проанализировать мотивацию персонажей.

Этот поединок должен был состояться. По всем канонам рано или поздно воин света выходит на бой против полчищ тьмы… и побеждает обычно.
Только в этот раз силы равны - двое Аояги: Рицка против Сеймея. У обоих достаточно энергии, у обоих опытные бойцы. По логике победить должен тот, кто прав.
А кто из них прав?
Боевые пары стоят друг напротив друга. Осеннее хмурое небо редкими слезами роняет на них мелкие капли холодного дождя. Тоскливо шелестит ветер в кронах деревьев, разбрасывает листья. В парке тихо, и кажется, что эти четыре человека на полянке остались единственными людьми на всем свете.
Сеймей сосредоточенно-мрачен. Он не знает, зачем пришел сражаться, и что будет делать потом с победой. Или с поражением. Нет никакой разницы. Он уже совсем запутался. Идея с исчезновением, казавшаяся такой хорошей поначалу, теперь стала чем-то вроде ядра, к которому на каторге приковывают преступников. Как жить, если тебя не существует? Временами ему кажется, что лучше бы сегодня все закончилось. Один раз проиграть – и умереть. Но…
Если бы кто-то сейчас подслушал мысли эгоистичного Аояги Сеймея, то был бы сильно обескуражен. Молодой человек думал о том, что будет с Нисеем, если они проиграют. А еще жалел, что так и не поцеловал его ни разу.
Нисей стоит, засунув руки в карманы, всей своей позой олицетворяя вызов и пренебрежение. Он уверен, что победит. Ну, или умрет, но последняя возможность кажется совсем уж невероятной. Главные герои не умирают, а они с Сеймеем, несомненно, главные. А еще Нисей мечтает о том, что когда все закончится, Сеймей будет очень ему благодарен. Может быть, даже спасибо скажет или улыбнется.
Рицка выглядит задумчивым. Ему не хочется биться с братом, но это ведь единственный способ его остановить. Хорошо бы у них получилось не причинять вреда Сеймею, но в поединках иногда такое случается… Рицка это точно знает, ведь к своим четырнадцати годам, он прошел через столько дуэлей, сколько иным за всю жизнь не приходится видеть. А еще он надеется, что Агацума все-таки не придет на поединок, потому что если ему придет в голову вмешаться, это может здорово все осложнить.
Акира разглядывает противников и хмурится. По его мнению, сражаться братьям не стоит. Жаль только, что Рицка не особо интересуется его мнением. Слушать-то слушает, а потом все равно все делает по-своему.
А жаль. Акира преподает классическую литературу в университете, студенты его лекции обожают, и вовсе не потому, что он на занятиях рассказывает анекдоты. Словом, Рицка мог бы узнать много полезного, если бы поговорил со своим одноименным бойцом. Вот только он не хочет.
Его бывший приучил младшего Аояги к тому, что дело бойца – безоговорочно подчиняться, а все решения принимает жертва. И у Акиры пока не получается переубедить подростка. Видимо, преподаватель еще не нашел нужных слов. Или Агацума, этот идеальный боец, мешает…
Кстати, бывший боец Рицки – а заодно и бывший боец его брата – тоже здесь. Стоит за деревьями, скрестив на груди руки, ждет начала поединка. Он не знает, как сможет проникнуть в чужую систему, но не сомневается, что у него это получится. Может быть, кому-нибудь понадобится его помощь. Может быть, он будет нужен – хоть кому-нибудь.
С тихим шелестом разворачивается Система, сминая часть реальности. Соби продолжает наблюдать. Вспышки заклинаний, звон защиты и азарт боя наполняют темное пространство. Агацума не может сказать, кому же он желает победы, зато точно знает, что желает смерти одного из бойцов. Любого, все равно кого. Главное, что тогда он, Соби, снова потребуется одному из братьев.
- Сдавайся, Рицка. Еще не поздно.
- Уже поздно, Сеймей. Я не могу больше любить тебя, как раньше.
- Рицка…
С пальцев Акиры срывается новое заклинание. Нисей отлетает в сторону, падает сломанной игрушкой. Темные волосы веером рассыпаются по земле. Сеймей, спеленутый ограничителями и похожий на куколку бабочки, без сил лежит неподалеку.
Поединок окончен, и победитель очевиден.
- Свернуть Систему, - командует боец Loveless и оборачивается к жертве. Впервые за поединок. – Рицка, что мы будем делать дальше?
- Вызовем такси, - младший Аояги смотрит на лежащего на пожухшей траве брата. Сеймей пока без сознания, и это радует – разговор с ним обещает быть сложным, Рицка к этому пока не готов. А так у него есть хоть немного времени. – И отвезем брата и его бойца домой, к нашей маме.
- Это такая утонченная месть? - улыбается Акира и берет мальчика за руку. – Пойдем, думаю, нам удастся найти машину.
Он может спокойно уходить, зная, что за Билавдами найдется, кому присмотреть. Агацуму, ненавистного конкурента, боец Лавлес чувствует на любом расстоянии. Может быть, сейчас мерзкий идеальный боец все-таки предаст Рицку, которого никак не желает признать чужой жертвой? Мечтать не вредно.
Рицка шагает по дорожкам рядом с Акирой, по привычке держась за его руку, и думает, что ему хорошо со своим природным бойцом. Даже лучше, чем с Соби. Но на кого бросить чистого бойца? Не возвращать же Рицу-сенсею, этому садисту и маньяку, которого не понятно как допустили до работы с детьми?
Младшему Аояги приходится управляться с двумя бойцами. Хорошо хоть, они друг о друге не знают. По крайней мере, так считает сам Рицка.
Он сделал для этого все.
Его давно уже не встречают из школы. Соби он запретил это делать, Акире не сказал, что так можно. Новый боец привык, что жертва ему звонит, если он нужен. Соби привык, что Рицка теперь приходит сам.
С ним вообще оказалось легко договориться. Потребовался всего один разговор.
«- У тебя появился природный боец, Рицка?
- Не спрашивай об этом.
- Это приказ?
- Это не приказ. Я никогда не буду приказывать тебе, но…
- Да, Рицка?
- Просто никогда не спрашивай меня о нем, хорошо?
- Если ты так хочешь, Рицка, я больше не буду задавать вопросы.»
«Если ты так хочешь»… На языке, на котором говорит Соби, это значит: «Я совсем не рад такому решению, но ради тебя не буду спорить. Я же твой боец. Я же твой боец, Рицка?» С Агацумой всегда так – одно слово вслух, десяток про себя, но зато он редко возражает. Вообще никогда.
С Акирой сложнее. Если он поймет, что у его жертвы есть второй боец... Рицка слишком мало знает своего одноименного бойца, чтобы предсказать его реакцию. В любом случае, счастлив от этого он не будет.
Когда Loveless возвращаются, Сеймей уже сидит, прислонившись спиной к дереву. Вне Системы ограничителей не существует, но молодой человек все еще слаб, как котенок.
Рядом с ним стоит на коленях Соби. Голова идеального бойца покорно опущена, руки безвольно лежат на коленях. В этот момент он выглядит покорным рабом, склонившимся перед своим властелином.
- Кто это? – спрашивает Акира, точно зная ответ. Просто Рицка не должен узнать, что его природный боец не просто догадывается о существовании конкурента, а знает о нем все, вплоть до того, что он ест на завтрак. И что у него в компьютере есть отдельная папка с картинами Соби.
Если бы не неприязнь к их автору и не конспирация, Акира бы их и на рабочий стол в качестве заставки поставил. Агацума и правда очень хорошо рисует.
- Это… - Рицка вздыхает, подбирая слова. – Это бывший боец Сеймея.
- Будем и с ним сражаться? – интересуется Акира.
Агацума поднимает голову, смотрит на пару Лавлес и улыбается. Акире невольно становится не по себе – так много во взгляде чистого бойца горькой безнадежности. В этот момент боец Лавлес понимает, что, что бы ни задумали Сеймей и Соби, поединка точно не будет.
Что-то такое чувствует и Рицка и поэтому быстро говорит:
- Нет, не надо. Я сам с ним поговорю. Ты иди.
- Может, подождать тебя здесь на всякий случай?
- Нет, - Рицка мотает головой. – Все будет нормально, мы просто поговорим.
Но мальчик безнадежно опаздывает. Сеймей и Соби начинают творить заклинание – вместе. Обессиленная жертва и чистый боец, который может сражаться без жертвы. Имя Beloved на горле Агацумы наливается светом и теперь читается даже сквозь бинты, на развернутых ладонях расцветают лепестки заклинания.
«Все-таки предал», - радуется про себя Акира и смотрит на Рицку. Видит ли мальчик, что творит боец, которому он так доверял? Понимает ли?
- Соби, стой! – Рицка бросается вперед. Акира удерживает его, обнимает, готовый в любую минуту поставить защиту. Как бы там ни было, это его долг.
Агацума снова безнадежно улыбается. От его взгляда Акире хочется удавиться на ближайшем суку, и он крепче прижимает к себе Рицку, словно утверждая свое право на жертву.
- Я должен, - тихо выговаривает Соби.
- Ты не боец Сеймея! – кричит Рицка и бьется в руках Акиры. Ему хочется добавить: «Ты мой боец!», но он не может этого сказать при Акире. Его собственная ложь, его молчание закрывают путь этим словам.
- Это в последний раз, братик, - безнадежно смеется старший Аояги.
Заклинание прочерчивает линию Связи между Сеймеем и Нисеем, делает видимой перетекающую к бойцу энергию. Соби даже не участвует – он просто держит заклинание, чтобы у Сеймея хватило сил закончить то, что он начал. Акаме неловко приподнимается на локтях. Ищет взглядом свою жертву и замирает, видя рядом с Сеймеем другого бойца.
- Ты проиграл, Нисей, - говорит Аояги. В тишине парка его слова, кажется, разносятся на километры вокруг. – Мне не нужен такой боец. Я ухожу и не беру тебя с собой. Соби… ты мне тоже не нужен.
- Как прикажешь, Сеймей, - ровно откликается Агацума. Это значит примерно тоже, что и «Если ты так хочешь». Просто другая формулировка.
Нисей молчит. Он еще не пришел в себя до конца и не понимает, что происходит. Сеймей, кажется, решил наказать его за поражение? Ну что ж, это можно пережить, не в первый раз. Жаль только, что его улыбки Акаме сегодня не увидит, но зато в следующий раз…
Сеймей снизу вверх смотрит на Соби. На невозмутимом лице идеального бойца не отражается ровным счетом ничего. Примерно так же чувствует себя и Сеймей, только у него это чувство идет изнутри. Он знает, что ничего уже не будет: он не получит ни любви брата, ни долгой и счастливой жизни, ничего уже не успеет. Да и зачем? Сейчас ни в чем нет смысла.
Лишь бы Агацума не подвел.
Когда самурай делает себе харакири, рядом должен быть секундант, который отсечет самоубийце голову, как только тот нанесет себе первую рану в живот. Так умирать быстрее и не так больно.
Соби нужен Сеймею примерно с той же целью.
Он один знает, как выжить после разрыва Связи, так пусть теперь применит свои знания на практике. Нисей должен жить. Может быть, у него получится то, что не получилось у его жертвы, - стать счастливым.
К тому же такое самопожертвование просто обязано произвести впечатление на Рицку.
- Сеймей, не надо, - Соби касается руки Сеймея. – Останься… со мной.
Старший Аояги усмехается, брезгливо собирает пальцы в кулак. Слова Агацумы – это почти бунт для абсолютно послушного бойца, но подавить его не сложно. Достаточно лишь сказать:
- Это приказ, Агацума.
И не заметить умоляющий, как у брошенной собаки, взгляд.
- Хорошо, Сеймей. Я все сделаю.
Вряд ли кто-то, кроме них двоих, слышит эти слова. Зато все могут видеть, как Соби разводит ладони, и связь между бойцом и жертвой Beloved разрывается, распадается на пучок нитей, хлыстами рассекающих все, что попадается им на пути. С деревьев опадают обрезанные ветки, землю вспарывает, будто плугом.
- Защита! – Акира тянет к себе Рицку, накрывая их обоих защитным куполом.
Смертельные нити до них не дотягиваются. Их цель – Нисей. Все правильно, при обрыве Связи боец должен умереть. Это закон природы, такой же, как встающее на востоке солнце.
Сеймей вопросительно смотрит на Соби. Агацума церемонно кланяется. По нему никто не скажет, как же ему на самом деле больно. Как не хочется убивать того, кто мог вернуть смысл его жизни. Соби делает сложный жест, заканчивая заклинание. Нити свиваются, как змеи, зачарованные флейтой заклинателя, и падают на Сеймея.
- Ну что, Рицка, так ты меня любить…
Его слова обрываются. Навсегда.
Вот теперь действительно поздно.
- Он решил умереть с честью, - зачем-то объясняет Акира, все еще прижимая к себе Рицку. Мальчик через силу кивает.
Он и сам понимает то, что произошло. Пожалуй, только Соби мог убить бывшую жертву, не задав ни одного вопроса и ни на миг не усомнившись. Верность, равная жестокости. Он такой, его уже не изменишь.
Нисей неверяще смотрит на тело своей жертвы, на замершего рядом Агацуму. В душе разрастается пустота, все вокруг выцветает, становится блеклым и ненастоящим. Теперь ничто не имеет смысла.
Физически у Нисея есть силы жить дальше, но он больше не видит, зачем. Сеймей ушел навсегда и не захотел брать с собой бойца.
- Нет, Сеймей! Нет… Почему… Сеймей!..
Сейчас Акаме все равно, смотрят на него или нет. Он просто раз за разом повторяет имя жертвы, мечтая услышать в ответ хоть что-то, кроме тишины. Так трудно поверить, что Сеймея больше нет. Невозможно поверить.
Рицка выскальзывает из-под руки Акиры и идет к нему. Агацума и Акира обмениваются взглядами. В них и неприязнь, и ревность, и противоестественная симпатия. Сейчас они чувствуют практически одно и тоже – ненависть к Акаме.
- Нисей, ну не надо, лучше плачь. Не так больно будет, - Рицка гладит бывшего бойца брата по напряженным плечам, щедро окутывает своей силой, согревает. Он, правда, хочет, чтобы ему стало легче. Он хочет, чтобы все были счастливы.
- Пошел отсюда, - цедит сквозь зубы Нисей. - Что бы ты понимал, мелкий! Он ведь ради тебя это сделал. Чтобы ты любил если хоть не его, так память о нем. Он же Возлюбленный… был…
Акаме сгибается пополам, тыкается лбом в колени, глухо и безнадежно воет. Рицка снова касается его.
- Он хотел, чтобы ты жил, Нисей, - тихо говорит мальчик. – Пожалуйста, живи. Ради него.
- Ненавижу тебя, - выдыхает Акаме, снова поднимая взгляд на Рицку. И вдруг невольно замечает, как похожи братья Аояги: взгляд, поворот головы, пушистые ушки, голос… И пустоту, возникшую после смерти жертвы, начинает заполнять другой образ.
Акира тяжело вздыхает, Соби пожимает плечами в ответ, а потом проводит руками над телом Сеймея, и оно исчезает. Вместо него на траве остается урна с пеплом.
Когда Рицка оглядывается, все уже так, как и должно быть. Бойцы старательно смотрят в разные стороны, делая вид, что в упор друг друга не замечают. Мальчик переводил взгляд с одного на другого, потом выбирает Агацуму.
- Соби, Нисей пока поживет у тебя? – спрашивает Аояги. – Ему надо отдохнуть, прийти в себя. А потом он сам решит, как ему жить дальше.
- Если ты так хочешь, Рицка.
- Да, Соби. Так нужно.
- Хорошо. Ты придешь ко мне?.. К нам.
- Да. Как всегда, завтра.
- До встречи, Рицка.
Бывшие бойцы Сеймея уходят в одну сторону, Рицка и Акира – в другую. Природный боец Loveless не задает ни одного вопроса, и Рицка этому рад. Ему так не хочется никому врать.

Наступает вечер.
Рицка сидит за компьютером и делает доклад на завтра. Школу из-за поединка никто не отменит. На глаза наворачиваются слезы: брат, Сеймей, Возлюбленный… Нужно заново привыкать к мысли, что он мертв. Но, по крайней мере, - Рицка вытирает мокрую щеку, - он не стал чудовищем. Оказался способен на любовь. И это немного утешает.
Акира тоже готовится к занятиям – набрасывает тезисы для новой лекции. Нужно сосредоточиться хоть на чем-то, чтобы не думать, о своей одноименной жертве и о Соби. Когда у жертвы два бойца, это всегда чувствуется. И когда три – тоже.
Рицка всегда хочет, чтобы всем было хорошо. Жаль только, что, когда в отношения вмешивается любовь, так не бывает.
В квартире Агацумы темно. Нисей лежит на полу, повернувшись лицом к стене.
- Сеймей… - Акаме кусает себя за руку. Рот наполняет теплая соленая кровь. Невкусно, больно, противно. Разжать зубы нет сил. Это единственный способ не шептать снова и снова ненавистно-любимое имя. Сеймей, Сеймей, ну зачем ты…
- Добро пожаловать в клуб бойцов Loveless, -Соби весело смеется, наблюдая за мучениями Акаме. – И не надейся, что когда-нибудь тебе станет легче.
Когда Нисей оборачивается – бледное лицо, перемазанные кровью губы – то видит, что Соби сидит на полу рядом с ним и, не прекращая смеяться, методично режет собственную руку, что-то вырисовывая на ней тонким лезвием.
Не что-то – имя.
Loveless, Loveless, Loveless… Порезы болезненные, глубокие, но недостаточно, чтобы шрамы остались надолго. При регенерации бойца к утру все заживет. Рицка даже не узнает.
И тогда Нисей тоже начинает смеяться.

Посвящается моему партнеру по ролевой. Прости, дорогой, но я не хочу стоять в очереди за твоей улыбкой.

@темы: Фанфики

Комментарии
2011-12-23 в 23:24 

Mouse from Mainframe
Не поддавайся гневу, будь спокоен. Кто нервничает – быстро умирает. И не в бою, а просто так - от нервов. (с)Дядя Шерил
Посвящается моему партнеру по ролевой. Прости, дорогой, но я не хочу стоять в очереди за твоей улыбкой.
Вот так и напрашивается вопрос, а какого героя играл ваш партнер?

Читать полностью не стала - не мой жанр. Ангста и в жизни хватает. Но по тому, что просмотрела - видно написано сильно и красиво.

2011-12-23 в 23:39 

Влада Дрейк
Рицку он играл, Рицку... Вот я так на него и наехала, вдохновившись Вашим фанфиком))))

2011-12-23 в 23:45 

Mouse from Mainframe
Не поддавайся гневу, будь спокоен. Кто нервничает – быстро умирает. И не в бою, а просто так - от нервов. (с)Дядя Шерил
Мирэль, а вы играли?.. Соби?
Нашим фанфиком... Смущена и польщена, приятно, что им можно вдохновляться. Я лично считала, что и читать-то его особенно никто не захочет, так как в основе, все-таки ролевая игра, а это оставляет определенный отпечаток.

2011-12-24 в 00:11 

Влада Дрейк
а вы играли?.. Соби?:shy: Ну, в общем, да))
У вас хороший фанфик, и спасибо вам за него!

2011-12-24 в 14:29 

Mouse from Mainframe
Не поддавайся гневу, будь спокоен. Кто нервничает – быстро умирает. И не в бою, а просто так - от нервов. (с)Дядя Шерил
Мирэль, а что у вас за ролевая? Форумная? Где-то можно посмотреть? И загадочный Акира (у меня ассоциации только с Акирой и Тоганини) - это ваш фанон в этом фанфике или фанон игры?
Кроме того, хочу заметить, что странный у вас партнер, ваш Рицка. Вы так выразительно пишите, можно ли желать лучшего Соби? Там по сюжетной линии так получалось, что вас начали игнорировать или что-то еще?

2011-12-24 в 20:28 

Влада Дрейк
Mouse from Mainframe, Мы тоже только в аське играли.
Акиру я специально для фанфика придумала, нужен был второй боец для Рицки, вот и пришлось создать.
Насчет моего партнера... Может, я в игру редко выползала и он заскучал? Но зато мы все-таки помирились)

   

Коммуналка Агацумы Соби

главная